Если перевернуть известную пословицу, то необязательность исполнения российских законов с лихвой компенсируется их суровостью. То есть, в тех нечастных случаях, когда отечественная Фемида все-таки надевает свою повязку и берет в руки весы, подсудимый с испугом обнаруживает, что в другой руке у нее вовсе не изящный меч, а увесистая дубина, которой вышеозначенная дама начинает махать в полной темноте, сокрушая правых и виноватых. А случаи, когда дело рассматривается не абы как, а с особым пристрастием и в полном соответствии с "карающим законодательством" это, например, дела по статьям 37 и 39 УК РФ – "самозащита". Маниакальная страсть, с которой государство отправляет за решетку граждан, проявивших в критической ситуации не покорность и трусость, а смелость и готовность защищать себя наводит на размышления. Кажется, государство просто побаивается таких людей – и стремится их изолировать.

Вот, например, недавняя история тульского бизнесмена Гегама Саркисяня, убившего троих грабителей. Напомним, что седьмого апреля четверо вооруженных людей  ворвались в дом предпринимателя, где находился он сам, его жена, дочь, невестка и четверо несовершеннолетних детей. Перерыв все вверх дном, они нашли что-то около 20 тысяч рублей  – не велик улов. Отказываясь верить, что это все, один из бандитов приставил пистолет к голове ребенка. Дочь бизнесмена сумела вырваться, выпрыгнула в окно, и побежала по улице с криками "убивают!",  нападавший догнал ее и повалил на землю. Все это разозлило бандитов, один из них сказал по-грузински, что женщин нужно убить. Он не учел того, что Саркисян понял его не хуже подельника. Решив, что терять нечего, бизнесмен рванулся, схватил лежащий на столе кухонный нож - и набросился на грабителей. Ему удалось ранить всех четверых, причем троих тяжело, впоследствии они скончались. Еще один нападавший бежал. В драке Саркисян получил сильный удар по голове, так что сам оказался в больнице.

Казалось бы, ситуация предельно ясна, и к отцу, защитившему свою семью, не может быть никаких претензий. По крайней мере, они не возникли бы в других странах. Например, в Калифорнии пожилой владелец магазинчика антикварных часов стал настоящим героем штата, после того как отразил четыре вооруженных ограбления подряд. Уличным бандам, состоящим из мигрантов, старик наверняка казался легкой добычей, но пожилой человек владел пистолетом и был готов защищать свой бизнес – в общей сложности, он отправил на тот свет пятерых бандитов, ранив еще несколько. Никому в Калифорнии даже в голову не пришло бы, что он может оказаться из-за этого за решеткой – наоборот, он стал, что называется, "Living Legend" - воплощением образа "настоящей Америки": свободного человека, готового защищать себя и свое имущество.

В нашем случае, однако, потребовалась изрядная шумиха в СМИ и личное заступничество губернатора Тулы, а также известного адвоката Анатолия Кучерены, чтобы Следственный комитет – со скрипом – признал действия Саркисяна укладывающимися в рамки "допустимой самообороны". Напомним, что первой реакцией СК стало заявление регионального руководителя комитета Татьяны Сергеевой, которая, основываясь на каком-то загадочном "характере ножевых ранений" заявила, что Саркисян мог превысить пределы необходимой самообороны. Только вдумайтесь: четверо вооруженных, в том числе огнестрельным оружием, грабителей - и отец семейства, отчаянным жестом хватающий столовый нож. Один против четверых! Но и тут подозрительная российская Фемида усматривает злой умысел – "а не перестарался ли гражданин, защищая себя?" Анатолий Кучерена так прокомментировал это: "Могу сказать, что, конечно же, та практика, которая существует сегодня в России, не совсем благополучна, с точки зрения защиты тех людей, кто непосредственно защищал себя, либо свое жилище, свою семью".

Что же это за практика? Если открыть Уголовный кодекс – чего, конечно, наш человек никогда не сделает, пока сам не попадет в беду – то с удивлением узнаешь, что грабить и насиловать в России можно совершенно не боясь сопротивления. Потому что "степень вреда", которую вы причиняете преступнику, должна строго соответствовать "степени опасности". Помните давнишнее дело москвички Александры Иванниковой, которая ножом убила таксиста-частника, попытавшегося ее изнасиловать? С точки зрения нашего УК она – преступница, переборщившая со "степенью причинения вреда". И только под давлением общественности, включая и митинги в поддержку Иванниковой, и кампанию в СМИ, суд приговорил ее к двум годам условно. То есть, она все равно получилась виноватой!

Идем дальше. Применять силу россиянин может, лишь только защищая свою жизнь и здоровье, но никак не имущество. Даже если на ваших глазах грабят квартиру - набросившись на преступника с кулаками, вы можете угодить за решетку. Примером тут послужит история с 19-летним ростовским студентом Юрием Скуришиным, который стал жертвой вечернего "гоп-стопа". Точнее, жертвой он как раз не стал – двое уличных хулиганов приставили к его горлу нож и потребовали мобильник, но студент не испугался, сумел отобрать нож, и нанес им несколько ударов. Один из нападавших был убит на месте, другой ранен в руку. И не смотря на то, что двое этих хулиганов состояли на учете в полиции, и ранее уже попадались на ограблении магазина, правосудие стало на их сторону - студента судили по статье 105 ч.1 – убийство.

Очевидно, что действующие нормы самообороны и понятие "крайней необходимости" морально устарели и совершенно не подходят к сегодняшнему дню. О каком развитии капитализма в стране можно говорить, если человек банально не имеет права защищать свою собственность? О каком развитии гражданского общества идет речь, если наш гражданин заведомо беззащитен перед преступником – во-первых, безоружен (еще один тяжелый пережиток СССР), во-вторых, не защищен законом?