"Клянусь при осуществлении полномочий президента Российской Федерации уважать и охранять права и свободы человека и гражданина, соблюдать и защищать Конституцию Российской Федерации, защищать суверенитет и независимость, безопасность и целостность государства, верно служить народу", - сегодня, 7 мая 2012 года, Владимир Путин произнес эти 33 слова и на ближайшие шесть лет (а многие полагают, что и на 12) стал президентом России.

Все эти  торжества, звон с главной кремлевской  колокольни и тысячи согнанных на очередной путинг "рабочих и крестьян" не отменяют простого факта: чтобы снова стать "царем", ВВП пришлось создать еще один прецедент, опираясь всего лишь на одно слово в одной статье. А именно в ст. 81-й Конституции, где в третьем пункте сказано, что "одно и то же лицо не может занимать должность Президента Российской Федерации более двух сроков подряд". Сколько сломано копий вокруг злосчастного наречия, вплоть до того, что на волне протестной активности депутаты нового созыва пообещали исключить эту лукавую зацепку, позволяющую (пока еще теоретически) нынешнему президенту стоять у руля почти четверть века.

За словесной эквилибристикой и крючкотворством  кроется довольно сложная политическая проблема, которую Путину решить никак не удается. С одной стороны, имея все эти годы конституционное большинство в Думе, он  мог принять любые законы, избавляющие от необходимости цепляться за слова и прибегать к уловкам. Превратить  единоличное правление в легитимное можно было мановением  мизинца. Однако этого сделано не было.

Тому есть множество объяснений, но наиболее вероятным представляется самое простое. Путину приписывается контроль не только над огромной страной с ядерным потенциалом. Есть еще и контроль над  авуарами (сейчас по  данным западных изданий эта цифра приближается к $130 млрд.), своими и ближнего круга из членов кооператива "Озеро", большая часть которых покоится в западных финансовых учреждениях. И этот контроль невозможно осуществлять, не заручившись поддержкой "вашингтонского обкома". Ошибаются те, кто персонифицирует это понятие, подобно бывшему президенту Медведеву - совершенно не важно, как зовут хозяина в Овального кабинета.

Необходимо, чтобы США, и прочие, в особенности европейские политические элиты были убеждены, что встречаясь на саммитах с российским президентом, они пьют шампанское не с каким-нибудь одиозным "последним диктатором Европы" или людоедом (бывали  же прецеденты в Африке), а равным себе, приличным господином. Это с одной стороны.

С другой, заморским держателям российских миллиардов, не важно чьих конкретно, строго необходимо быть уверенными в их политически нейтральном происхождении. Законы западных стран имеют для наших бонз свои положительные и отрицательные стороны. За кордоном хранить кассу не только безопаснее, но и есть возможность как-то ею воспользоваться - это основной плюс. Но там существуют  суровые ограничения по легитимности капиталов, и коли признают владельца каким-нибудь международным бандитом, тираном да узурпатором, все, прощайте денежки.

Причем для всех и навсегда канут миллиарды  в неведомые госбюджеты, никому даже никаких процентиков не достанется, что хорошо продемонстрировала недавняя панарабская революция. Сегодня существовать в изоляции никому не интересно, разве что северокорейским чучхейцам. Вот и получается, что заложником "Госдепа" стала вовсе не клоунская  "внесистемная оппозиция", а самая что ни на есть законная власть в Кремле.

Теперь что касается преемственности курса в политике, якобы выбранного подавляющим большинством россиян. Вступившего сегодня в права президента Путина ждет крайне тяжелое правление. Никакие победные реляции, убаюкивающие рассказы о том, как удалось спасти экономику от кризиса, а страну от террористической интервенции и развала, не отменяют вполне очевидных экономических проблем. Ясно, что Западу надоела зависимость от русских углеводородов и огромные силы направлены на то, чтобы ее преодолеть.

История индустриальных революций доказывает, что если на Западе за что-то серьезно берутся, они рано или поздно проблему решают. Причем, как правило, с перевыполнением плана. У России же кроме невосполнимых ресурсов ничего путного на продажу нет. Можно себя обманывать, как это делает Путин, докладывая об успехах, но налицо медицинский факт. Расчет идет только на русский авось.

Когда в начале 90-х прозападно настроенные либералы боролись с "красно-коричневой чумой" и "социалистической экономикой", никто не мог предположить, что борьба закончится поражением не только коммунизма, но и  всей страны.

Развал промышленности, сельского хозяйства, науки, образования и т.д. и замена всего, что было создано, пускай ценой огромных жертв, при большевиках сырьевой экономикой,  ее жесткая привязка к мировым ценам на энергоносители сделала нынешний режим заложником мирового кризиса.

Путин вводит в заблуждение не только нас, но и себя, рассказывая небылицы о якобы замечательных успехах отечественной  финансово-экономической модели.

Ничто не говорит о том, что в новой должности он откажется от этой словесной эквилибристики. Где он возьмет ресурсы? Чтобы строить производство, нужны кадры, нужен рывок, усилие, порыв.  Нужна позитивная идея, которой нет. Замкнутый круг.

А заливать нефтевыручкой разваленные до основания научные институты и остановленные 20 лет назад производства уже бессмысленно, все кто мог- давно уехали и получают теперь свои Нобелевки там. Максимум что мы можем - строить на нашей территории чужие заводы отверточной сборки, ну и еще худо-бедно производить тяжелое вооружение. Но это капля в море по сравнению с сырьем.

Третье, о чем стоит сказать в заключение. Если исходить из оптимистического прогноза, и нас не ждет экономический крах по вышеназванной причине, минует кризис, и нефть будет расти в цене, путинский режим в нынешнем изводе все равно обречен.

Его погубит невероятная, невиданная по масштабам коррупция. Собственно то, что происходит сейчас, уже не называется этим термином. Мы наблюдаем вовсе не коррупцию в  привычном смысле слова, а создание от имени государства огромной силовой корпорации, системно разграбляющей национальное достояние.

Вся так называемая властная вертикаль была создана лишь для того, чтобы взять под жесткий контроль схему разворовывания страны на всех уровнях.

И тут мне Владимира Владимировича даже жаль. То, что коррупция на верхних этажах власти была, есть и будет - аксиома, касающаяся всех стран мира. Всех без исключения, вплоть до мизерной Исландии. Но на среднем, чиновничьем, а также на самом низовом, житейско-бытовом уровне российские масштабы катастрофы можно сопоставить только самыми отсталыми африканскими странами. И  что с этим делать ― уже никто не знает.  Система идет вразнос. Уволить всех и вся, родить новых и их воспитывать, как иногда предлагают в отношении полицейских или судей  попросту невозможно.

Где брать честных и неподкупных людей, особенно если это никому не выгодно ― никто не знает. Ну придет завтра на место президента какой-нибудь удалец-молодец, пускай хоть трижды герой сопротивления, с кем он будет работать? С нашими, извините, людьми.

Кому поставить в вину идеологическую катастрофу,  инспирированную в виду обеспечения интересов верхушки? Тому, кто был у руля все эти годы.  С начала нулевых, когда ВВП пришел к власти, была полностью подавлена свобода слова на телевидении и во всех массовых СМИ. Испуганная "четвертая власть"  превратилась в женщину более чем легкого поведения. Не было создано никакого ведомства, хотя бы формально независимого от властных структур, чтобы контролировать среднее коррупционное звено. Расправа с бизнесменами и разорение крупнейших компаний дало сигнал к бегству инвесторов, поскольку никакой правды ни в каком суде найти нельзя. Понятия "гражданское общество" и "интеллигенция" превратились в ругательства, от которых публично открещиваются известные проповедники. Реформы в полиции ничего кроме ироничной ухмылки у наблюдателей не вызывают. Даже, казалось бы, единственная организация, способная приобрести моральный авторитет и как-то противодействовать чуме казнокрадства и взяточничества, Русская православная церковь, в лице своих первоиерархов оказалась в центре непрекращающихся экономических и моральных дрязг.

И вот на этом пункте  - реальной, а не мнимой борьбе за очищение страны от коррупционной заразы, на том, что действительно зависит от политической воли Президента Российской Федерации, я бы посоветовал Путину сосредоточиться. Целиком и полностью. Если эта проблема не будет решена в ближайшие годы, если все увязло в грязи настолько, что ничего, кроме пустых заверений, как в предыдущие сроки, делаться не будет - свежеизбранный  глава войдет в учебники как правитель, похоронивший великое наследие великой страны.

Так что пожелаем ему и всем нам, пока еще гражданам РФ, а не подданным чужих держав, силы воли преодолеть интересы корпорации если не во имя истории, то хотя бы ради собственной безопасности. Иначе быть общенациональным авгуром (по истинному смыслу слова инаугурация) Путину придется пожизненно. В современном мире такого рода авантюры ничем хорошим, как правило, не заканчиваются.

Игорь Дмитриев